Кирилл Павлов - Импортный свидетель [Сборник]

Мальчишки говорили, что он у него не работает, но так ведь не бывает. Наверное, он не включал его, чтобы не волновать проезжавших на машинах шоферов: ведь если включен такой маячок, значит, это сумасшедше необходимо.

До сентября эта застава считалась самой счастливой. Здесь было так мало пограничных инцидентов, что их можно было просто не брать в расчет. Ни одного крупного.

Объяснялось это тем, что стояла застава на самом видном месте. Из города до нее тянулась длинная дорога через небольшое ущелье, удобное для пограничников: стены его просматривались, на них не было ни бугорка, ни кустика. Спрятаться там было невозможно, а на голом камне не распластаешься, здесь даже птицы на фоне этого ущелья отбрасывали причудливые, давно переставшие настораживать тени. Ложбина с другой стороны границы и вся видимая часть сопредельной стороны также хорошо просматривались.

За видимым отрезком сопредельной стороны дорога резко сворачивала за скалу.

Офицеры ушли, но майор Хотимый продолжал сидеть в кабинете. Перед ним на стене висело огромное зеркало, в котором отражались стол с телефонами, папка с документами, графин с водой и, наконец, сам майор с расстегнутым от жары воротом, чуть седой, с густыми черными бровями и серыми глазами. Ненароком взглянув в зеркало, Хотимый поспешил застегнуть ворот. Сегодняшний, определенный расписанием, рабочий день был на исходе. Однако Хотимый домой не спешил: он был холост, любил в свободное время писать маслом горы…

— Разрешите, товарищ майор?

— Пожалуйста, — Хотимый привстал. Принял из рук младшего офицера депешу.

Она была помечена словом «Копия» и регулярно присылалась из республиканского сейсмологического управления.

Депеша была написана на машинке, на стандартном бланке, заполненном по форме как обычная сводка погоды. Нет, не совсем. Хотимый взглядывался в листок. Что-то в нем настораживало.

Ну, конечно. Официальная деловая речь типа: «Такая-то служба имеет своей целью изложить…» И вдруг здесь же: «Товарищ майор, хотя наши приборы пока ничего серьезного не предвещают, мой долг сообщить вам о странном поведении животных. Началось это часов двенадцать назад. Наблюдатели видели на склонах гор скопление большого количества змей, что обычно бывает перед землетрясением. Прошу вас принять это к сведению. С уважением В. Сеневич».

Борис Иванович Хотимый когда-то увлекался охотой. Он знал повадки зверей.

Через десять минут, поставив в известность начальника отряда, майор распорядился об эвакуации личного состава двух небольших застав, находящихся прямо под нависающей скалой. Правда, заставы могла уберечь нес большая гряда — нарост с пробитой на нем тропой, — но рисковать людьми нельзя. А вдруг не выдержит? Отдав распоряжение, Хотимый сел в старенький, довоенного образца, «виллис» и, вместо того чтобы ехать домой, направился к самой границе. Он хотел воочию убедиться в том, о чем только что узнал из депеши.

…Тоненькой, едва-едва не соскальзывающей в пропасть змейкой вилась глубоко внизу дорога. По ней мчался «виллис», в котором сидели двое — шофер и пассажир. В восьмикратный бинокль было видно, что второй пассажир — офицер. Опасливо оглядевшись, незнакомец оценил обстановку. Постояв немного для верности за выступом скалы, он, петляя, стал спускаться в ущелье. Метрах в десяти над дорогой, прячась за кустарником, он присел, еще раз огляделся, раздвинул ветви. Из тайника несло плесенью. Над ним стоял человек и пытался подавить возникший страх, какой бывает, когда переходишь границу без ведома пограничников. Вспомнился обрывок фразы, сказанной на прощание шефом: «Постарайся выполнить задание самостоятельно».

Легко сказать «самостоятельно». Неужели они не надеются на резидента? Или это провал?.. Страшное слово вспугнуло его, и уже слышались ему голоса пограничников, грозное «руки вверх». Но минуты шли, а ничего страшного не происходило. Нарушитель вынул из кармана походной куртки пакет. Развернул документы: «Дольский Валерий Кузьмич, родился в деревне Вичичи Белорусской ССР в 1914 году, в настоящее время работает там же агрономом, военнообязанный». Кроме того, в командировочном удостоверении было отмечено, что В. К. Дольский приехал в пограничную зону с разрешения местной милиции (в этом городе уже третий месяц работал майор Хотимый).

Дольский постоял еще немного, собираясь с мыслями, в тайник засунул планшет, давно уже свернутый плащ и вышел на узенькую, казалось, плохо приклеенную к отвесной скале дорогу. И вдруг перед ним затормозил автомобиль Хотимого, возвращавшегося после осмотра горного района.

— Куда путь держим? — весело спросил Хотимый.

— Да мне тут близко, — промямлил ошарашенный Дольский, — командировочный, вот… — И Дольский протянул бланк с печатями.

Хотимый взглянул на бланк, потом в лицо Дольскому, что-то показалось майору подозрительным…

Глаза незнакомца стали желтыми и тусклыми. Казалось, еще секунда, и он бросится на Хотимого, но тот словно и не заметил перемены в Дольском, только приказал ему сесть на заднее сиденье. Сам сел рядом и бросил шоферу: «В отряд».

По горной дороге неслась машина. Дольский напряженно думал о том, что еще не все потеряно: «Подумаешь, задержали. Скорее всего, за то, что гулял возле границы. Ничего, отпустят. Может, еще и подружусь с ними. Полезно дружить с такими людьми».

Полчаса беседы с Дольским — и майор Хотимый уже не сомневался, что перед ним подозрительная личность. Он послал запрос в Белоруссию…

Вскоре сообщили, что Дольский действительно существует, в данное время находится в командировке в пограничном районе, и назвали этот город.

Сеневич, тот самый, который прислал Хотимому сводку погоды, ехал в ущелье к двум пограничным заставам воочию взглянуть на нависающий карниз Золотой скалы. Скала, против всех законов природы, все еще висела, а ущелье наполнял какой-то объемный гул. Из-за скалы, как видение, вышел старик. Его хорошо знали в этих местах.

Сейчас, в такое время, когда все люди эвакуировались и вот-вот может рухнуть скала, Сеневич смотрел на старика с неудовольствием: «Какого черта ему здесь надо?»

Старик, глядя невидящими глазами на Сеневича, на машину и шофера, опустившись на колени и сложив руки лодочкой над головой, громко читал молитву.

— Салам, Мемет, — поприветствовал Сеневич старика.

Мемет продолжал бормотать заклинания, потом закончил, медленно поднялся с колен и дружески поздоровался с Сеневичем.

— Почему вы здесь? — спросил сейсмолог.

— Да поможет мне Аллах, — серьезно сказал старик

Но Сеневич принял другое решение. Он резко распахнул дверцу автомашины и впихнул туда старика. Едва проехали несколько метров, как гул в ущелье стал сильным и зловещим. Шофер, оглянувшийся на шум, побелел от страха. Крохотное ущелье в мгновение ока наполнялось водой. Волны неслись прямо за машиной. Шофер прибавил газу. Он гнал теперь на предельной скорости. От кустарника позади не осталось и следа, он был смыт неизвестно откуда взявшейся водой. Шофер оглянулся еще раз и вскрикнул. Воды не было. Над ущельем высились горы, казалось, скала сорвется.

— Вот тебе и Аллах, — неизвестно к кому обращаясь, сказал Сеневич.

Неожиданно потемнело. Шофер включил фары. Сильные лучи автомобильных фар с трудом пробивали мрак.

Старик молился с таким видом, будто это было как раз то, что могло помочь им выбраться из кромешной, жуткой тьмы.

Вскоре, так же неожиданно, как появилась, темная пелена спала, и глазам людей открылась изломанная, пробитая гигантскими валунами дорога. Сеневич доставил Мемета в городок и там отпустил, взяв с него слово не подходить близко к горам.

Огромные сломанные деревья казались беспомощными, выброшенными на берег китами, изнывающими от собственной тяжести и бессилия. Хотимому стало их жалко. Конечно, залечивать повреждения нет времени, да и невозможно, а все-таки… Майор набрал телефонный номер.

— Что вы, голубчик, — ответили ему там, куда он позвонил, — после землетрясения сотни и тысячи деревьев гибнут, нет, помочь никак не можем.

Настроение его совсем испортилось. Он стал постукивать по пепельнице карандашом, потом вызвал дежурного.

— Передать замполитам застав, чтобы выделили солдат для приведения в порядок деревьев на вверенных им участках.

Майор попросил дежурного пригласить в штаб заведующего автобазой Раджаева. «При личной беседе он мне не откажет», — решил Хотимый.

Едва дежурный переступил порог, зазвонил телефон.

Говорил капитан Медведев, начальник заставы. Майор слушал его внимательно. Голос Медведева был уверенным и твердым.

— Мое мнение, товарищ майор, — говорил он, — что вещи, плащ и прочий скарб, найденный моими бойцами, принадлежат Дольскому, который задержан вашими как раз недалеко от этого места. Разрешите проверить?